«Мифы о екаях. От водяных гоблинов и снежной женщины до ямамба и тануки»

С глубокой древности Япония населена таинственными фольклорными существами — екаями, которые встречаются в городах ничуть не реже, чем в сельской местности. Какими они бывают? Откуда берутся? И почему стали популярны даже за пределами своей родины? В книге «Мифы о екаях. От водяных гоблинов и снежной женщины до ямамба и тануки» («Манн, Иванов и Фербер»), переведенной на русский язык Анастасией Воронцовой, исследователь японской мифологии Майкл Фостер рассказывает о популярных и малоизвестных екаях и о том, как их исследуют и почему они занимают такое важное место в японской культуре. Предлагаем вам ознакомиться с фрагментом, посвященным городской легенде о женщине со ртом, прорезанным до ушей.

Кути-сакэ-онна. Женщина с разрезанным ртом

Кути-сакэ-онна (букв. «женщина с разрезанным ртом») — имя современного екая-женщины, главной героини легенды, которая появилась в конце 1978 года и за несколько месяцев распространилась по всей Японии. Как и у всех подобных легенд, у кути-сакэ-онна существует множество вариаций, но основной сюжет описывает ее как привлекательную молодую женщину, возможно лет двадцати-тридцати, которая носит поверх рта белую маску. Задолго до пандемии COVID-19 в Японии носить маску было обычной практикой для больных простудой, поэтому даже в конце 1970-х годов женщина в маске не была чем-то особенным. Однако в случае кути-сакэ-онна оказывается, что маска скрывает рот, прорезанный от уха до уха. Она стоит на улице в городе или пригороде, часто в сумерках, и подходит к детям, возвращающимся домой из школы: 

Шесть месяцев легенда путешествовала по Японии и приобретала местные детали, где бы она ни появлялась, пугая детей, возвращающихся домой из школы в одиночестве, и, как , кое-где провоцируя дополнительные полицейские патрули. Основная история стала настолько известной, что даже сегодня фразы «Ватаси кирэй?» и «Корэ дэмо?» могут прозвучать слегка жутковато.

Предпринималось много попыток связать кути-сакэ-онна с более ранними японскими демоническими женщинами-екаями, и, конечно, можно проследить ее связи с убумэ, юки-онна, ямамба и другими. Внезапное рассекречивание отвратительного рта даже может быть связано с габу — видом механической головы, используемой в кукольном театре бунраку со времен Эдо: если потянуть за веревочку, привлекательное женское лицо становится демоническим, с разрезанным ртом, острыми зубами и иногда рогами. Кроме того, мотив разрезанного от уха до уха рта иногда встречается в описаниях как о́ни, так и ямамба. Однако какими бы ни были исторические случаи, история кути-сакэонна была впервые зафиксирована в префектуре Гифу в декабре 1978 года; к июню 1979-го сообщения о ней из каждой префектуры. Согласно , около 99 процентов детей в Японии так или иначе знали об этой легенде.

По мере того как рассказ о кути-сакэ-онна путешествовал по стране, он приобретал местные особенности, и часто действие происходило на улицах и в кварталах, знакомых рассказчикам. Сама история также все более и более усложнялась. Иногда кути-сакэ-онна брала с собой косу или нож и угрожала разрезать рот своей жертве, чтобы сделать его похожим на свой. Ее поведение могло зависеть от того, как вы ответили на вопрос «Я красотка?». Часто единственным способом спастись было туманно ответить: «Так, неплохо». 

Кути-сакэ-онна приобретала различные черты характера и предысторию. Говорили, что она любила карамель, известную как бэкко-амэ. Когда-то она была олимпийской чемпионкой и умела бегать очень быстро, но от нее можно было спастись, если забежать в музыкальный магазин или трижды повторить слово «помада» (помадо). Число три в цикле легенды снова и снова — например, иногда кути-сакэ-онна — это три сестры; кути-сакэ-онна часто ассоциируется с географическими названиями, содержащими символ «три» (например, Сангэндзяя и Митака).

Некоторые версии легенды включают объяснения ее разрезанного рта, часто приписывая это ужасной ошибке во время косметической операции:

И из префектуры Канагава: 

Существует множество описаний образа и поведения кути-сакэ-онна, но общими являются несколько мотивов: 1) она молодая женщина, 2) ее рот разрезан от уха до уха, 3) она спрашивает: «Я красавица?», 4) ее рот закрыт маской, срывание которой вызывает страх. Хотя способы побега, типы оружия, одежды и так далее различаются, эти четыре элемента кажутся ключевыми для ее идентичности и сюжета легенды. 

Одна из причин, почему легенда распространилась так быстро, — кути-сакэ-онна стала любимицей прессы: помимо того, что ее историю передавали из уст в уста, она транслировалась по всей стране по телевидению и ночному радио и обсуждалась в еженедельных журналах и спортивных таблоидах. Легенда, похоже, отразила реальные социальные проблемы, например отчуждение, которое могут испытывать дети, растущие в мире бетонных многоэтажек. Высказывалось , что она представляет собой монструозную версию «образовательной мамы», понятия, обозначающего чересчур увлекшуюся мать, которая давит на детей, чтобы те были идеальными учениками. Я также утверждаю, что маска символизирует осведомленность о заболеваниях, связанных с экологической обстановкой, поскольку в то время такие маски иногда надевали для защиты от загрязнения воздуха. Сегодня эта практика в Японии и других странах, где маски используются не только для защиты от болезней, но и для фильтрации загрязненного воздуха и аллергенов.

Кроме того, в 1970-е годы в Японии все более активным становилось движение за права женщин, поэтому появление легенды в это время могло отражать беспокойство общества по поводу изменения их роли. Действительно, ключевой вопрос «Я красивая?» критического анализа положения женщины и значения внешности в рамках репрессивной патриархальной социальной структуры. Более того, сама маска ассоциировалась с протестом и бунтом, поскольку люди часто закрывали лица, чтобы скрыть свою личность, на общественных и политических демонстрациях.

Шумиха вокруг кути-сакэ-онна утихла примерно через полгода, но к тому времени она уже стала постоянным членом пантеона екаев, примером современного городского монстра. Конечно же, она получила известную иллюстрацию от Мидзуки Сигэру и появилась во множестве других манг и аниме. Она появлялась и в Корее (часто в красной маске), где начала жить собственной жизнью. Она также стала кинозвездой, получив краткое упоминание в классическом J-horror фильме «Рингу» (Ring, 1998; реж. Наката Хидэо) и сыграла главную роль в более поздней серии фильмов ужасов («Кути-сакэ-онна», 2007; реж. Сираиси Кодзи. «Кути-сакэ-онна 2», 20008; реж. Тэраути Котаро). Недавно версия кути-сакэ-онна появилась в видеоигре GhostWire: Tokyo. 

Пример кути-сакэ-онна демонстрирует, как «народные» знания тесно переплетены с массовыми медиа, коммерческой культурой и социальными проблемами. Это также напоминает нам о том, что екаи не просто ушли в прошлое, а постоянно создаются и пересоздаются, преобразовываются и дополняются.

Подробнее читайте:
Фостер, Майкл. Мифы о екаях. От водяных гоблинов и снежной женщины до ямамба и тануки / Майкл Фостер ; пер. с англ. Анастасии Воронцовой ; [науч. ред. Д. Кикнадзе]. — Москва : МИФ, 2026. — 416 с. : ил. — (Мифы от и до).