«Старообрядцы Урала. Невьянская башня, казачья кругосветка и демон Самора»

В ХVII веке реформа патриарха Никона привела к расколу православной церкви. Не ставшие отказываться от древнего богослужения верующие подверглись гонениям, но сохранили традицию — впрочем, затем и у них неоднократно возникали догматические разногласия. В книге «Старообрядцы Урала. Невьянская башня, казачья кругосветка и демон Самора» («Манн, Иванов и Фербер») антрополог Елена Данилко рассказывает об истории, религиозной жизни, мировоззрении и обрядах уральских староверов, среди которых можно найти представителей всех существующих . Предлагаем вам ознакомиться с фрагментом, посвященным обрядам, связанным с рождением и крещением ребенка.

Родильная обрядность и крещение

Обряды, связанные с рождением ребенка, — первый ритуал только для новорожденного. Для семьи и общины они следуют за другими обрядами жизненного цикла, логически их продолжают. Символические меры, призванные повлиять на скорое рождение детей, предпринимаются уже во время свадьбы: молодых осыпают зерном, хмелем, сажают на квашню. Все это — символы плодородия, зарождения новой жизни.

Крещение младенца во всех старообрядческих согласиях (за исключением страннического) изначально связывалось с родильным обрядовым комплексом. Он, в свою очередь, имеет практический (обеспечение благополучного исхода родов) и магический (предохранение роженицы и ребенка от злых сил, порчи, сглаза) смысл. Обряды и институт повитух в полной мере сохранялись примерно до середины XX века. 

Роженицу традиционно ограждали от посторонних глаз и организовывали роды в дальней комнате или нежилой части избы, в надворных постройках (амбаре, сарае), в бане. Последний вариант был наиболее распространен у старообрядцев. 

Бане в народной традиции вообще отводилось особое место: она «осмыслялась как некое сакральное пространство (благожелательное и вредоносное), где совершается таинство перехода к важнейшим этапам жизненного цикла». Роды в бане являются древнейшей традицией. 

На беременную накладывались различные запреты, игнорирование которых, по народным представлениям, могло навредить здоровью и физическому развитию будущего ребенка и затруднить роды. Многие из запретов-советов актуальны и сегодня. 

Чтобы у младенца не появилась «щетинка» (мелкие, мешающие спать жесткие волоски на теле), беременной нельзя обижать кошку или собаку. Нельзя заглядываться на блестящие, острые предметы, ходить на похороны, смотреть на больных и увечных — вообще на все, что относится к разряду нечистого, плохого. Не приветствуется долгое пребывание на шумных праздниках и наблюдение за «игрищами» с ряжеными. 

С родами связывались представления о символической нечистоте, а сама природа роженицы считалась дуалистической: женщина была одновременно уязвима для злых сил и вредоносна для окружающих. Отсюда — необходимость специальных очистительных процедур. 

У старообрядцев ранее существовал обычай «банного карантина»: 3–8 дней после родов роженица жила в бане. (У беспоповцев карантин был длиннее, у поповцев — короче.) Позже стало практиковаться ежедневное на протяжении трех дней мытье в бане. В первые дни после родов молодая мать и новорожденный имели маргинальный статус, и находиться им одним в бане было небезопасно. Поэтому с ними жила еще и повитуха, которая ухаживала за обоими. 

«Банный период» родов символически завершался обрядом размывания рук: роженица и повитуха попеременно лили одна другой воду на руки и произносили благодарственные слова. Иногда это делалось над березовым веником: березе и изготовленным из нее предметам старообрядцы всегда придавали особое значение. Изделия из березы могли использоваться как обереги и посредники в общении с «другим» миром.

В первые дни после родов молодую маму навещают женщины, приносят угощения и подарки для нее и новорожденного. Обычай взаимного проведывания называется «каша» или «зубок». В некоторых общинах женщине выделяли отдельную посуду и на протяжении 40 дней после родов не допускали до семейной трапезы. После она должна была получить от священника или наставника очистительную молитву, чтобы вместе со всеми посещать церковь и моленную. Завершающие родильный комплекс обряды очищения будто бы возвращали роженицу в сообщество — в ее нишу, на время утраченную. 

Крещение новорожденного символизирует его переход в целостное, гармоничное состояние — объединяет физическую и духовную природу. Еще известный знаток русского быта XIX века Михаил Забылин отмечал, что в народе «духовное рождение считалось значительнее телесного». После крещения у человека появляется собственное имя — младенец, таким образом, оказывается принят в сообщество верующих и в человеческое сообщество вообще и обретает божественную защиту. 

Таинство крещения обычно совершается на третий («после трех бань») или на восьмой (в связи с каноническим правилом имянаречения) день. Но бывает, что дата зависит от житейских обстоятельств — ждут наставника или священника, совмещают с храмовой службой. Старообрядцы считают, что до крещения болезни не имеют объективного происхождения, а ребенка следует уберечь от хворей, сглаза и возможной «грешной» смерти — об умерших без крещения нельзя молиться по всем правилам, поэтому слабенького новорожденного стараются окрестить как можно раньше. 

При совершении таинства крещения родители младенца обычно не присутствуют, их заменяют кумовья. Тем более что для матери к этому времени еще длятся 40 дней, во время которых роженица считается «нечистой».

При отсутствии священника церковные каноны допускают исполнение таинства крещения мирянами. (Правило прописано в творениях «святых отец»: в Кратком катехизисе, Кормчей и других. Обряд обычно совершается в храме или в моленной, но возможно и домашнее крещение пожилыми женщинами — «бабушками».) Такая практика была обычной в советское время и сохраняется до сих пор. В поповских общинах домашний обряд стараются «довершить» («погрузить» в церкви). Беспоповцы считают домашнее крещение достаточным и в сложившихся условиях оправданным. 

Старообрядцы сохранили существовавшее до Никоновской реформы предписание: в одной воде не крестят нескольких детей — воду в купель наливают для каждого. Соблюдение этого порядка является одним из обязательных условий «истинности» обряда. Воду для крещения берут из проточных водоемов (рек, родников) или колодцев и специально не подогревают, только иногда оставляют на ночь в купели: «В это время ангел воду греет». Летом можно крестить в реке или озере. 

Охранительная способность и спасительность проявляются, по убеждениям старообрядцев, только при «истинном» крещении, совершенном по правилам «святых отец». Обряд регулируется специальным требником, но у «бабушек» чинопоследование и молитвы могут различаться. Обычно читают начал, «Верую» («Символ веры»), молитвы по лестовке. «Бабушка» может добавить, что крестит ребенка не она, а сама Богородица или Христос. 

До начала таинства купель окуривают ладаном, на краях закрепляют и зажигают восковые свечи. Произнося молитву, окрещиваемого трижды окунают с головой в купель («Нужно, чтобы ни один волосок не остался сухим») и каждый раз поворачивают посолонь (лицом на восток). На младенца накидывают нательный крест, надевают рубашечку и повязывают пояс. 

После церковного раскола одним из основных стал спор между старообрядцами и приверженцами официальной церкви о том, какое крещение более правильное — «обливательное» или «погружательное». Старообрядцы до сих пор считают окунание с головой главным признаком истинности обряда.

Подробнее читайте:
Данилко, Елена. Старообрядцы Урала. Невьянская башня, казачья кругосветка и демон Самора / Елена Данилко. — Москва : МИФ, 2026. — 208 с. : ил.