Он занимает восьмое место среди факторов смертности
Джеффри Стэнэуэй (Jeffrey Stanaway) из Вашингтонского университета и его коллеги по коллаборации Глобального бремени болезней провели лонгитюдный анализ и метаанализ данных с 1990 по 2023 год, которые показали, что хроническое воздействие свинца вносит серьезный вклад в сердечно-сосудистую смертность и в 2023 году стало причиной 5,8 процента смертей в мире. В лонгитюдный анализ вошли данные более 42 тысяч взрослых участников (медианный возраст 46 лет; 51,5 процента — женщины) девяти волн исследования NHANES с 1988 по 2013 год, их объединили с систематическим обзором имеющихся публикаций. Уровень свинца в костях рассчитали, исходя из его концентрации в крови, возраста и когортоспецифичной историей воздействия. Данные объединили методом байесовской метарегрессии, связь с сердечно-сосудистой смертностью оценили с помощью коксовских моделей пропорциональных рисков. Результаты опубликованы в JAMA: The Journal of the American Medical Association.
Расчетный уровень свинца в костях участников NHANES составил от 0,17 до 301 (медианно 13,3) микрограмма на грамм. По сравнению с оценочным доиндустриальным уровнем 0,027 микрограмма на грамм уровни 5, 10, 25, 50 и 100 микрограмм на грамм были связаны ростом риска сердечно-сосудистых заболеваний на 7,5; 15,8; 41,3; 71,3 и 87,9 процента соответственно. По глобальным оценкам, в 2023 году воздействие свинца отвечало за 3,5 миллиона (5,8 процента от общего числа) смертей и 71,6 миллиона (2,6 процента от общего числа) лет жизни, скорректированных по нетрудоспособности (DALY). Свинец находился на восьмом месте среди всех факторов смертности и на втором месте среди факторов окружающей среды.
Индекс массы тела и жировая масса тоже были ниже
Козета Милику (Kozeta Miliku) из Университета Торонто и ее коллеги из Канады и Австралии провели проспективное когортное исследование и обнаружили, что употребление цельного коровьего молока связано со сниженным риском ожирения у детей пяти- и восьмилетнего возраста. В работе использовали данные детей из канадской лонгитюдной когорты CHILD, за которыми наблюдали от рождения. Антропометрические измерения им проводили в возрасте пяти (2043 человека) и восьми (1574 человека) лет. Их связь с типом потребляемого молока в пятилетнем возрасте оценивали с помощью многопараметрических линейных и логистических регрессионных моделей с поправками на социодемографические характеристики, образ жизни и другие диетические факторы. Результаты опубликованы в The American Journal of Clinical Nutrition.