Он был связан с ростом риска смерти на 47 процентов
Чжан Чжэн (Zheng Zhang) из Цинхайского университета и его коллеги провели когортное исследование и обнаружили, что сниженная минеральная плотность бедренной кости и остеопороз служат независимыми предикторами смертности от всех причин у женщин в постменопаузе. В работе использовали данные почти 3000 женщин в постменопаузе из когорты NHANES за 2005–2018 годы. Минеральную плотность в четырех участках бедренной кости у них измеряли методом двухэнергетической рентгеновской абсорбциометрии. Ее связь со смертностью оценивали с помощью кривых Каплана — Мейера, ROC-анализа, многопараметрической коксовской регрессии и ограниченных кубических сплайнов. Результаты опубликованы в журнале Menopause.
Анализ показал, что риск смерти существенно возрастал, когда минеральная плотность кости достигала порога остеопороза, или при наличии остеопоротических переломов (p < 0,001). Площадь под ROC-кривой для минеральной плотности во всех участках была выше, чем для индекса массы тела (0,591). После введения поправок на все сопутствующие факторы остеопороз оказался связан с ростом риска смерти на 47 процентов. Минеральная плотность во всех участках отрицательно коррелировала с риском смерти (p < 0,001). Эта связь была особенно сильной в специфических интервалах плотности: 0,45–0,71 грамма на сантиметр кубический для всей бедренной кости и 0,33–0,54 грамма на сантиметр кубический для ее вертелов.
Характеристики сна измеряли объективно
Чэньлу Гао (Chenlu Gao) из Гарвардской медицинской школы с коллегами провел проспективное когортное исследование и обнаружил, что частота и продолжительность дневного сна положительно связаны с риском смерти от всех причин у людей старшего возраста. В работе использовали данные 1338 участников популяционного исследования Rush Memory and Aging Project в возрасте 56 лет и старше (в среднем 81,4 года; 76 процентов — женщины). Дневной сон (с 9:00 до 19:00) определяли по данным актиграфии за период до 14 дней (в среднем 9,58 дня). Период наблюдения составил до 19 лет (в среднем 8,3 года). Связь со смертностью от всех причин оценивали с помощью коксовских моделей пропорциональных рисков. Результаты опубликованы в журнале JAMA Network Open.